После того, как клип его группы «Biting Elbows» на песню «Bad Motherfucker» взорвал Youtube, ему написал в Facebook сам Тимур Бекмамбетов, и предложил сотрудничество. С тех пор жизнь молодого и креативного режиссера Ильи Найшуллера резко изменилась. Масштабные высокотехнологичные съемки, работа со звездами первой величины, безумно увлекательный процесс — то, к чему так долго и упорно шел молодой человек, воплотилось в жизнь. О работе над своим дебютном фильмом, планах на будущее и особенностях киноидустрии в эксклюзивном интервью журналу MAN TREND рассказал «надежда нового русского кино» Илья Найшуллер.
– Твой путь оказался довольно стремительным. От съёмки клипов ты перешёл к такому масштабному проекту, как «Hardcore». Скажи, насколько ты был готов к нему? Как вообще проходил подготовительный процесс?
– Я абсолютно точно был готов к съёмкам кино, потому что уже долгое время работаю в этой индустрии. Чего только не делал – был переводчиком, водителем, даже носил кофе. То есть площадка меня никак не смущала. Но к проекту «Hardcore» никто не был готов, если честно, из-за его странности и новшества, поэтому подготовка шла параллельно с написанием сценария, что не является правильным. Но у нас были жёсткие сроки. Я писал сценарий и по ходу отправлял сцены продюсерам и художникам, чтобы они сразу же подыскивали локации. Было две смены в штатах, всё остальное снимали в Москве, и ещё пару сцен снимали в Тульской и Тверской области.
– Почему ты выбрал в качестве выражения себя как режиссёра такое жёсткое «кровавое» направление, напоминающее стиль Тарантино?
– Неправильное сравнение, ни в коем случае… Насилие есть всегда. Сравнения с Тарантино мне кажутся очень странными, потому что Тарантино, в первую очередь, известен своими диалогами, а в моём клипе не было сказано ни одного слова. Мне нравится насилие в кино и искусстве, но я не терплю его в жизни. Не могу сказать, что я – пацифист, но кровь в реальности меня смущает. Мне нравятся фильмы, в которых есть большая ставка, к примеру, на то, доживёт ли герой до вечера. Драма с пистолетом для меня всегда будет интереснее, чем драма без него.
– Планируешь ли ты поработать в других жанрах?
– Как ни странно, у меня есть одна идея романтической истории, которую было бы интересно посмотреть не только девочкам и тем бедным парням, которых они затаскивают в кинотеатр, но и всем остальным. Я бы с удовольствием её спродюсировал, потому что самому снимать не очень хочется. Это весело и классно, но это не моё. Бессмысленно заниматься кино, если не вставляет. Те фильмы, которые, откровенно говоря, не очень хорошие – это когда режиссёрам, в первую очередь, не вставляет. Снимают, потому что зарплата, потому что звезда, потому что карьера. Это чувствуется.
– Кстати, когда выйдет «Hardcore»?
– Я надеюсь, в 2015-ом. Когда скажет сам дистрибьютор. Тут такой момент, что ни я, ни Тимур ничего точно сказать не можем. Ещё три-четыре месяца работы – делаем графику, музыку сейчас пишем.
– Будут ли как-то меняться твои творческие предпочтения в зависимости от трендов, которые диктует киноиндустрия?
– Нет, потому что мои любимые режиссёры продолжают снимать то, что они хотят снимать. Есть три сценария, которые я бы с удовольствием превратил в кино. Вопрос – получится ли? Но это уже другой момент. Поэтому это всё не связано с трендами. И, думаю, не будет связано. По крайне мере, если мне предлагают трендовый сценарий, я вежливо отказываюсь. Я делаю то, что хотел бы сам посмотреть.
– Безусловно, когда работаешь над таким уникальным и новаторским проектом, как «Hardcore», нужно понимать, чем он будет интересен зрителю. На что ты делаешь ставку?
– Для меня это больше не фильм, а, скорее, экспириенс. То есть, человек приходит в зал, и все полтора часа он будет погружён в такой экспириенс, который ни один другой фильм пока не может ему предложить. И это наша огромная заслуга. Поэтому я и начал этим заниматься, ради вот этого экспириенса. Также мне нравится, что это русское независимое кино. И мне приятно, что мы сделали его здесь. На мой взгляд, зрители пойдут смотреть этот фильм, потому что там есть два классных актера – это Данила Козловский и Шарлто Копли, которые играют то, что они никогда не играли. Экшн, который впервые полностью снят от первого лица и при этом очень качественно и разборчиво. Ты ощущаешь себя героем при просмотре как никогда.
– Кстати, как тебе удалось заполучить таких звёзд?
– С Шарлто, на самом деле, было всё просто… Тимур спросил, кого из актёров я хотел бы видеть в роли главного героя. Я ответил: Шарлто Копли. Мы созвонились, я всё ему рассказал, и он заинтересовался. Я написал под него роль, которая ему очень понравилась. Прилетев в Москву, он пахал как проклятый. Его так увлёк съёмочный процесс, что он стал одним из продюсеров фильма. Это было очень приятно. Как получилось с Козловским… Я встретился с Данилой в Москве после спектакля, всё ему рассказал. Мы не делали пробы, потому что я знал, что он, без сомнений, справится. Буквально за полтора часа ему сделали грим. Всё сложилось очень здорово. Круто видеть Данилу в противоположном для него амплуа.
– Насколько я понял, «Hardcore» – высокотехнологичный проект?
– Да. Как ни странно для маленького независимого малобюджетного русского фильма. Например, 15-минутную ключевую сцену мы снимали в павильоне без хромокея под ночную крышу. И нужно потом этот павильон вырезать и сделать город. А из-за того что у нас всё снято на GoPro, нет никакой автоматизации, всё делается вручную. Сидят 50 человек и три месяца вырезают каждый кадрик.
– Твои последующие работы так же будут зависеть от технологий?
– Я думаю, следующий фильм будет сниматься на обычные камеры. GoPRO – это очень здорово. Фильм стал интересен для продюсирования в тот момент, когда технологии позволили его спродюсировать. Получилось, что и технологии, и время, и желание – всё совпало. Мы сами придумали эти шлемы, которые удерживают камеры. Мне очень повезло с командой – операторами и инженерами. Ребята успели сделать первый прототип шлема к первому съёмочному дню. Он был огромный, железный и опасный. К четвёртому дню был уже меньше. А через месяц сделали компактный шлем, на который и снимали весь фильм.
– Твой метод работы пока достаточно уникален. Нет ли у тебя опасений по поводу того, что такое безостановочное повествование может как-то утомить аудиторию?
– Я понимаю, одна из задач – это чтобы человек провёл в кинотеатре полтора часа и получил удовольствие. Будут люди, которым этот фильм покажется неинтересным, и это нормально. Меня это не смущает. Я даже этим чуть-чуть горжусь, если честно. Я знаю, что никто после просмотра фильма не скажет: «Ну окей, нормальное кино». Скажут, что либо это очень круто, либо полная ерунда. Я уже показывал его и видел реакции. Всё хорошо.
– Преимущественно ты ориентируешься на нашего зрителя или на американскую аудиторию?
– Я знаю, что фильм посмотрит весь мир. То есть, в интернете его посмотрят все. Выход картины в Америке очень многое бы означал. Если появится студия, которая в нас поверит, купит и выпустит – это будет достижение. Фильм сделан на английском, поэтому нечестно говорить, что он ориентирован только на Россию. Наш тизер посмотрели 40 миллионов раз – это огромная цифра, так что «вскрытие покажет».
– Каковы твои дальнейшие планы в сотрудничестве с Бекмамбетовым, и есть ли уже проекты, которые вы обсуждаете?
– Мне очень приятно, что Тимур периодически присылает мне сценарии и спрашивает, что я о них думаю. Пока есть «Hardcore», я не хочу ни на что отвлекаться, думать о чём-то другом. Если говорить о «Hardcore», то я не мог себе представить лучшего продюсера, чем Тимур. Он очень успешный человек, который мог бы меня раздавить, просто ссылаясь на опыт. Но он всегда вежливо и с уважением предлагал хорошие идеи. Когда я ехал на первую встречу с ним, думал о том, что если будет сильное давление, я просто откажусь. Но когда у нас была первая встреча и мы поговорили, я подумал: «Классный чувак». А дальше было только лучше. Опыт замечательный.
– Есть ли у тебя wish list с теми, с кем бы ты хотел поработать?
– Да, конечно. Хочется окружать себя максимально крутыми и интересными людьми. Я очень хочу застать Аль Пачино, и, думаю, это абсолютно реально. Мне кажется, он из тех, кто будет сниматься до последнего. Энтони Хопкинс мне очень нравится. «Breaking Bad» – мой любимый сериал, поэтому поработать с Брайаном Крэнстоном было бы замечательно. Кстати, я очень хочу снять сериал. Я об этом ещё никому не говорил. У меня нет желания снимать пятисезонную историю, но есть очень хорошая и очень интересная идея для восьмисерийника. История длиной в 20 лет, умещающаяся в 8 серий. Там, как мне кажется, очень сильная центральная идея, которую можно было бы круто развить. Шпионская история с большим количеством сюжетных поворотов. Было бы очень здорово сделать эту историю интернациональной. Больше стран, больше персонажей. Настоящих шпионских фильмов очень мало.
– Не задумывался ли ты о том, чтобы выйти за пределы кино и сделать «живое» представление?
– Наверно это покажется странным, но я не очень люблю в театр. Я лучше схожу на средний фильм в кино, чем на хороший спектакль в театр. Мне не нравится эта живность, которая всех возбуждает. Меня она раздражает. Кино может сделать театр, театр не может сделать кино. Мне скучно. Даже на хорошем спектакле я понимаю – здорово, но не кино. Я сейчас только дорвался до фильмов, и здесь столько всего интересного, что я не хочу отвлекаться на что-то другое. Хочется хвататься и делать то, о чём я всегда мечтал.
Блиц:
Главные качества?
Надо спросить у кого-нибудь со стороны.
Главный недостаток?
Лень. Мне нужно раскачиваться. Я могу три недели ничего не делать, а потом неделю работать без сна. Но это неправильно.
Любимое занятие?
Кино. Смотреть и снимать.
Любимый литературный герой и любимая книга?
Любимая книга – «Мотылёк» Анри Шарьера. Любимых героев у меня очень много.
Что ненавидишь?
Двуличие и пафос. Не люблю, когда люди думают исключительно о себе.
Состояние духа?
Боевое.
Любимое изречение?
Не делай людям то, что не хочешь, чтобы делали тебе.
Режиссёры, которые тебя восхищают?
Тарантино, Финчер, Андерсон, Вуди Аллен.
Твоё любимое направление в искусстве?
Кино и фотография. Меня тянет к реализму.
Любимые бренды?
Для меня бренд не играет решающей роли при выборе той или иной вещи.
Любимый аромат?
Туалетной водой я не пользуюсь. Как говорит мне моя жена, я просто хорошо пахну (смеётся).
Марка часов?
Текстовые часы «Biegert & Funk»
Автомобильная или пешая прогулка?
Автомобильная. Я – лентяй. Ненавижу ходить пешком.
Любимый вид отдыха?
Читать книгу или играть в видеоигры.
Чего тебе не хватает в жизни?
У меня есть всё, что мне нужно. Я хочу закончить фильм.
Любимый фильм?
Сложно сказать… «Криминальное чтиво» и «Подозрительные лица».
Как часто ты ходишь в кино?
Раз в неделю минимум.
Беседовал Олег Монин
