Я познакомился с ним в 1997. Лондон. Премьера «Завтра не умрёт никогда». На премьере присутствуют члены королевской семьи. Стою рядом с британскими коллегами. Улыбаюсь. «Что-то лимузинов у вас на премьере маловато». Снисходительно отвечают: «Какие лимузины? Роллс-ройсы и бентли». На следующий день интервью. Строгий неторопливый Пирс. Почти не жестикулирует, говорит не спеша, обдумывая каждое слово. Проходит 17 лет. Москва. «Человек ноября». Возвращение Пирса Броснана в классический шпионский триллер. Всё по правде. Бьющиеся машины, взрывы, пиротехники и каскадёры. Никаких тебе синих экранов. Пирсу 61. Лёгкий, быстрый, уверенный. Ответы рождаются мгновенно. Ни секунды на раздумье. Широкие жесты, блеск в глазах. Вот что делает с человеком время.
Давид Шнейдеров: В последнее время Вы активно снимались в комедиях. А что заставило Вас вернуться к боевикам?
Пирс Броснан: Я подумал, почему бы нет, и когда, если не сейчас. Мы с продюсером Бо Сен-Клер задумали это проект уже очень давно. Вместе мы управляем нашей компанией «Айриш ДримТайм» и делали такие фильмы, как «Матадор», «Афёра Томаса Крауна», и до поры до времени у нас не было фильмов-боевиков, и мы часто говорили, что нужно снять такой фильм. И вот Бо нашла книгу Билла Грейнджера, и мы почти пять лет изучали его творчество, пока не остановились на произведении «Шпионов нет». Я подумал, что это то, что нужно. Прошло много времени с тех пор, как я был Джеймсом Бондом, теперь Бонда исполняет Дэниэл, и у него это прекрасно получается… Но, прочитав книгу «Шпионов нет», я понял, что ещё что-то могу сделать в этом жанре, что это было бы очень интересно.
Д.Ш.: Мне кажется, что Питер Деверо и Джеймс Бонд – абсолютно разные секретные агенты. Деверо сделан совсем из другого теста. Он более сильный духом и более амбициозный.
П.Б.: Я очень глубоко подошёл к исполнению роли Питера Деверо в фильме «Человек ноября». Для меня это был настоящий вызов, который мне бросила история, написанная Биллом Грейнджером. В фильме мы расширили образ брутального и опасного человека, и некоторые сцены в фильме достойны осуждения его поведения. Мне как актёру интересно играть такие сцены, потому что ты сначала отталкиваешь зрителя от персонажа, а потом тебе надо привлечь его обратно. В образе Джеймса Бонда всегда было что-то безопасное, то, что всегда нравилось аудитории. Я был всегда восхищён, как в разное время его играли Шон Коннери и Роджер Мур. Я принял этот образ именно от этих великих актёров, и у меня не было цели как-то развивать его, расширять этот образ. Тем не менее, эта роль принесла мне огромный успех, и я считаю её хорошей работой. Но я никогда не чувствовал, что мне на все 100% принадлежат лавры этого героя, в отличие от Питера Деверо, которого я создал сам вместе с писателем и продюсером.
Д.Ш.: В век компьютерных технологий каково сыграть в фильме с настоящими машинами, с настоящими погонями, настоящими перестрелками?
П.Б.: Это лучшие съёмки и это лучшее ощущение! Всё происходит в реальности. Есть только ты, твои партнёры по съёмочной площадке и настоящие улицы Белграда. Когда у тебя в распоряжении есть отличная история, которая обладает всеми необходимыми интересными нюансами, когда ты работаешь с прекрасными актёрами, такими, как Уилл Пэттон, Билл Смитрович, Ольга Куриленко и Люк Брейси, когда ты снимаешь фильм, которому полностью отдаёшься, у тебя получается по-настоящему сокровенный проект.
